Spa-zhemchuzhina.ru

Здоровье и Уход
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Значит хорошие сапоги надо брать цитата

Любимые цитаты из «Служебного романа»

Ребята, мы вкладываем душу в AdMe.ru. Cпасибо за то,
что открываете эту красоту. Спасибо за вдохновение и мурашки.
Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте

«Служебный роман» один из тех фильмов, которые хочется смотреть снова и снова, и каждый раз он будет интересным и смешным. Это кино на века. AdMe.ru вспомнил фразы из этого замечательного фильма, которые заставят вас пересмотреть его заново.

— Лично я хожу на службу только потому, что она меня облагораживает.

— Если бы не было статистики, мы бы даже не подозревали о том, как хорошо мы работаем.

— Мы называем её «наша мымра». Конечно, за глаза.

— А это Шура — симпатичная, но, к сожалению, активная. Когда-то её выдвинули на общественную работу и с тех пор никак не могут задвинуть обратно.

— Она в принципе не знает, что на свете бывают дети. Она уверена, что они появляются на свет взрослыми, согласно штатному расписанию, с должностью и окладом.

— Вы купили новые сапоги, Вера?
— Да вот ещё не решила, Людмила Прокофьевна. Вам нравится?
— Очень вызывающие. Я бы такие не взяла. А на вашем месте интересовалась бы сапогами не во время работы, а после неё.
— Значит, хорошие сапоги, надо брать.

— Она немолодая, некрасивая, одинокая женщина.
— Она не женщина, она директор.

— Возьмём, к примеру, опята. Они растут на пнях. Если придёшь в лес и тебе повезёт с пнём, то можно набрать целую гору. пней. ой, опят.

— Я когда её вижу, у меня прямо ноги подкашиваются.
— А ты не стой, ты сядь!

— Грибы вас мало интересуют, я так понимаю.
— Правильно понимаете.
— Ягоды не интересуют?
— Только в виде варенья.
— А стихи. в виде поэзии. как вы к ним относитесь?

— Я надеюсь, вы не собираетесь музицировать?
— Ага, петь хочется!
— Какое несчастье.
— Почему? Друзья утверждают, что у меня красивый. баритональный. дискАнт.
— Подождите, меня осенила догадка: вы пьяный?
— Нет, что вы! Когда я пьян, я буйный. Гы-гы-гы. Вот, а сейчас я тихий.
— Мне повезло.

— Здравствуйте. Прокофья. Людмиловна.

— Меня вчера муха укусила.
— Да. Я это заметила.
— Или я с цепи сорвался.
— Это уже ближе к истине.
— Значит, я с цепи.

— Почему вы всё время виляете? Что вы за человек? Я не могу вас раскусить!
— Не надо меня кусать! Зачем раскусывать?
— Вы утверждали, что я чёрствая!
— Почему? Мягкая!
— Бесчеловечная!
— Человечная!
— Бессердечная!
— Сердечная!
— Сухая!
— Мокрая!

— Мы вас любим. в глубине души. где-то очень глубоко.
— Очень глубоко! Так глубоко, что я этого даже не замечаю!
— Нет, это заметно, должно быть заметно.

— Что же, выходит, что все меня считают таким уж чудовищем?
— Не надо преувеличивать. Не все. не таким уж чудовищем.

— А мне ведь только тридцать шесть.
— Как тридцать шесть?
— Да-да. Я моложе вас, Анатолий Ефремович. А на сколько я выгляжу?
— На тридцать. пять.

— Верочка, будет вам пятьдесят лет — вам тоже соберём!
— Я не доживу, я на вредной работе.

— В женщине должна быть загадка! Головка чуть-чуть приподнята, глаза немножко опущены, здесь всё свободно, плечи откинуты назад. Походка свободная от бедра. Раскованная свободная пластика пантеры перед прыжком. Мужчины такую женщину не пропускают!

— Ну, понимаете, можно, конечно, и зайца научить курить. В принципе ничего нет невозможного.
— Вы думаете?
— Для человека. С интеллектом.

— По 50 копеек, Новосельцев. Сдавайте деньги. На венок и на оркестр.
— Ну да, если сегодня ещё кто-нибудь умрёт или родится, я останусь без обеда.

Служебный роман. Помните ли вы народные цитаты из фильма?

Тест на эрудицию по советскому кино. Фильм Эльдара Рязанова «Служебный роман» (1977) сразу после выхода картины на большой экран побил рекорды проката: только за 1978 год его посмотрели 58 млн. зрителей.

Фильм «растащили» на цитаты, он «ушел в народ». Вряд ли найдется такой человек, рожденный в СССР, который бы не видел легендарную трагикомедию мастера экрана.

Все ли цитаты из фильма вы помните? Давайте проверим

О ком секретарша Верочка так отозвалась: «Ну вон же она сидит, в жутких розочках»?

Комментарии (5)

Войти через социальные сети:

Вопрос 5 некорректный: Калугина говорила и о ликвидации, и об уничтожении подруг.

Алексей Габерцеттель-Апостолов, цитата есть цитата. И какое слово ПРОИЗНЕСЛА Калугина, то и является правильным ответом!

Константин Никонов, Калугина сказала «Я ликвидировала всех подруг. Я их уничтожила»

Как вам сапоги?— Очень вызывающие, я бы такие не взяла.— Значит, хорошие сапоги, надо брать.

Сеня, сапоги — это неактуально. Потепление.

Подпишитесь на канал «ШколаЖизни.ру» в Яндекс.Дзен!

Подпишитесь на уведомления о новых тестах

Вам будет интересно пройти эти тесты:

В этом тесте мы для вас собрали интересные факты о самых необычных памятниках мира. Проверим ваши знания?

Тест о вымышленных писателях, за именами которых скрывались знаменитые классики или группы людей. Коллективные или авторские псевдонимы, литературные маски. Зачем они придумали этих персонажей и от их имени писали свои шедевры, которые достались нам в наследие? Проверьте свои знания или догадайтесь, кто эти люди.

Тест на киноэрудицию по популярным фильмам разных лет. Порой фразы из фильмов становятся крылатыми, и не теряют своей популярности на протяжении длительного времени, даже тогда, когда их источник практически забыт. Попробуйте определить с помощью нашего теста, какая фраза какому фильму принадлежит.

Тест поможет проверить, правильно ли вы понимаете известные пословицы? Иногда говорят, что русские пословицы и поговорки – веками отточенная народная мудрость. Однако есть мнение, что как раз с течением времени многие пословицы утратили первоначальный смысл, и порой их используют совсем не в том значении, что было раньше. Большинство пословиц состоят из двух частей, и вторая часть этих метких фраз постепенно стала забываться, а ведь именно в ней бывает тот самый смысл, иногда меняющий суть пословицы буквально на противоположную.

© 2000–2020 Ежедневный познавательный журнал «ШколаЖизни.ру»

Учредитель — ООО «Квантор»
Адрес учредителя: 198516 Санкт-Петербург, г. Петергоф, Санкт-Петербургский пр., д.60, лит.А, ч.п. 2-Н, оф.432, 434

ООО «МЕДИО»
Адрес издателя: 198516 Санкт-Петербург, г. Петергоф, Санкт-Петербургский пр., д.60, лит.А, ч.п. 2-Н, оф.440

Главный редактор — Тимофеева Олеся Владимировна

Стоковые изображения от

О фотографиях и других изображениях, используемых на сайте.
Мнение редакции не всегда совпадает с точкой зрения авторов статей.
Любая перепечатка возможна только при выполнении условий.
Несанкционированное использование материалов запрещено.
Все права защищены.

Читать еще:  Спортивная обувь фото

Наши любимые советские фильмы, мультики, музыка из кино, плакаты и фото

Цитаты из советского фильма Служебный роман

— Мы называем ее «наша мымра».

— Каждое утро в нашем заведении начинается одинаково.
Это уже обычай. Традиция.
Я бы сказал — ритуал.

— Она любопытна, как все женщины, и женственна, как все секретарши.

— Вы купили новые сапоги, Вера?
— Да вот еще не решила, Людмила Прокофьевна. Вам нравятся?
— Очень вызывающие. Я бы такие не взяла. А на вашем месте интересовалась бы сапогами не во время работы, а после нее.
— Значит, хорошие сапоги, надо брать.

— Ну и как там у них в Женеве?
— Сложно.

— По грибам вы большой специалист, товарищ Новосельцев.
— По грибам да.

— А музыка вас не увлекает, Людмила Прокофьевна? В каком-нибудь, любом виде?
— Я надеюсь, вы не собираетесь музицировать?
— Ага! Петь хочется!
— Какое несчастье.

— Подождите. Меня осенила догадка. Вы пьяны?
— Нет, что вы! Когда я пьян, я буйный. Вот. А сейчас я тихий.
— Мне повезло.

— Тихо вокруг,
Только не спит барсук.
Уши свои он повесил на сук,
И тихо танцет вокруг.

— Привет дебоширу.
— Привет.
— Ты можешь мне объяснить, какая вчера. Какая тебя муха укусила?

— Как же она могла оставить детей, Леонтьева? Она же мать!
— Ха-ха. Мать! Мать у них был Новосельцев.

— Ну всё, Новосельцев! Ваше дело труба.

— Почему вы все время виляете? Что вы за человек? Я не могу вас раскусить!
— Не надо меня кусать. Зачем. раскусывать? Не надо.

— Вы утверждали, что я черствая!
— Почему, мягкая.
— Бесчеловечная!
— Человечная.
— Бессердечная!
— Сердечная.
— Сухая!
— Мокрая.

— Мы в вас души не чаем. Мы вас любим. . в глубине души. Где-то очень глубоко.

— Что вы несете, ей-богу?!
— Демократичная наша, демократичная.

— Что вы делаете? Вы что, плачете?
— Вы врываетесь ко мне в кабинет и говорите мне разные гадости!
— Перестаньте плакать! Что вы, вам по должности не положено.

— Что же, выходит, что все меня считают таким уж чудовищем?
— Не надо преувеличивать. Не все. Не таким уж чудовищем.

— Вам хорошо, Анатолий Ефремович. У вас. У вас дети.
— Да, двое: мальчик и. мальчик.

— Вера, вызовите ко мне, пожалуйста, самую светлую голову нашей с вами современности.
Как кого? Новосельцева, разумеется.

— Так, всем наплевать! А я сижу одна, ломаю голову,
что бы такое подарить Баровских, чтобы он получил удовольствие!
Присмотрела бронзовую лошадь в комиссионке!

— Ну вот что, начнем с обуви. Именно обувь делает женщину Женщиной.
— Разве?
— Шузы сейчас носят с перепонкой, на высоком каблуке.

— У вашей родственницы ноги красивые? Стройные?
— Ну. в общем-то. Ноги как ноги. Средние ноги, будем так считать.
— Ну понятно. Значит, неудачные ноги, Людмила Прокофьевна, надо прятать.
— Куда?
— Под макси!

— Ну и слава богу, я считаю. Куда лучше так. живенько, правда? А то как дом на голове.
— Ну если живенько, то лучше.

— Походка! Ведь вот как вы ходите?
— Как?
— Ведь это уму непостижимо! Вся отклячится, в узел вот здесь завяжется, вся скукожится, как старый рваный башмак, и вот чешет на работу!
Как будто сваи вколачивает!

— В женщине должна быть загадка.
Головка чуть-чуть приподнята. Глаза немножко опущены.
Здесь всё свободно. Плечи откинуты назад. Походка свободная, от бедра.
Раскованная, свободная пластика пантеры перед прыжком.

— А можно научиться так ходить или это недоступно?
— Ну, понимаете, можно, конечно, и зайца научить курить. В принципе, ничего нет невозможного.
— Вы думаете?
— Для человека с интеллектом.

— Ой, боюсь, что я не одолею эту науку.
— Ерунда, справитесь. Не волнуйтесь. Голову вперед. Грудь вперед.
— Грудь? Вы мне льстите, Вера.
— Вам все льстят.

— Так, и пошла на меня свободной походкой, нога от бедра, свободная! Пошла!
Людмила Прокофьевна, где вы набрались этой пошлости?
Вы же виляете бедрами, как непристойная женщина.

— Красиво, да?
— Угу, хорошая лошадка.
— Это не лошадка, это мамонт какой-то. Давайте приедем уже, а?

— Пикантнее, пикантнее! И игривая улыбка!
Вообще, пусть мужчины думают, что у вас всё в порядке.
Дышите. Элегантнее, пластику! И не надо брыкаться. Вы же не иноходец, а женщина.
Ну, пошла теперь одна! Пошла! Веселее!

— Людмила Прокофьевна! Разрешите нам спрятать эту лошадь за сцену в шкаф.
— З-з-зачем спрятать.
— Зачем? А от юбиляра, чтобы он не обрадовался раньше времени.

— Но вы все-таки как себя чувствуете, Анатолий Ефремович?
— Вы знаете, я вам скажу честно: по сравнению с Бубликовым — неплохо.

— Слушай. Конечно, я понимаю, чужие письма читать нехорошо.
Но я стала читать – просто оторваться не могла!

— Понимаете, Бубликов у-у-умер. А потом он не умер.
Эта неприятность случилась с его однофамильцем в больнице, а позвонили нам. Перепутали.
А венок уже купили. Умрет ли он еще раз, неизвестно. А цветы пропадают.
Вот. Шура дергает их из Бубликова.
Ой, то есть, из венка из-под Бубликова, делает букеты и дарит женщинам.

— А что, вы считаете, что мне нельзя подарить цветы?
— Можно! Вам подарить можно. Просто для этого нужен какой-то этот самый.
. как? День рожденья, или, там, как это. Восьмое марта.

— В этом письме – мои предложения по улучшению статистического учета в легкой промышленности.
— Вы знаете, я вас очень хорошо понимаю.
Очень важно улучшать статистический учет. именно в легкой промышленности.
Я вас очень хорошо понимаю.

— Меня беспокоит душевное состояние одной нашей сотрудницы.
— Я соображаю, о ком вы говорите.
— А кроме вас, еще кто-нибудь. «соображает»?
— Весь коллектив.

— Представляете, Самохвалов передал мне письма Рыжовой, чтоб мы разобрались на месткоме.
— Гад какой!
— Да? А меня вообще сослали в бухгалтерию!
— Да на тебе пахать надо!

— Слушайте, меня старуха сослала в бухгалтерию, но я оттуда вырвалась на свободу.
— Это мужественный поступок.

— Красное. Или белое?
— Или белое. Но можно красное!
— М-можно красное.
— Все равно, какое вино.

— Давайте за что-нибудь выпьем.
— За что?
— Не знаю.
— И я не знаю. Ну, за что?
— Давайте, чтоб все были здоровы, а?
— Прекрасный тост!

Читать еще:  Сапоги еврозима что это такое

— У меня дети. У меня их двое: мальчик и. д-де. т-тоже мальчик.
Два мальчика.

— Ну подождите, Людмила Прокофьевна, не перебивайте, пожалуйста! Я и сам собьюсь.

— Вы тоже, видимо, расчитываете найти себе другую начальницу.
— Конечно!
— . и помоложе, и покрасивее, не так ли?
— Так ли, так ли. Тем более, что это не проблема.

— Билеты в цирк не пропадут?
— Ну безусловно! Я загоню их по спекулятивной цене.

— Вы уходите. Вы уходите, потому что директор вашего учреждения Калугина.
— Ну, ну, смелее, смелее.
— . самодур?
— Самодура.

— Как вы оригинально и замечательно ухаживаете. Ну ничего не скажешь. Вы настоящий современный мужчина.
— Какое вы право имеете меня так оскорблять?

— Не бейте меня по голове, это мое больное место!
— Это ваше пустое место!

ДОСТОЙНАЯ ЖИЗНЬ НА ПЕНСИИ

Популярные статьи

Любимые цитаты из фильма «Служебный роман»

Любимые цитаты из «Служебного романа»

«Служебный роман» один из тех фильмов, которые хочется смотреть снова и снова, и каждый раз он будет интересным и смешным.

— Лично я хожу на службу только потому, что она меня облагораживает.

— Если бы не было статистики, мы бы даже не подозревали о том, как хорошо мы работаем.

— Мы называем её «наша мымра». Конечно, за глаза.

— А это Шура — симпатичная, но, к сожалению, активная. Когда-то её выдвинули на общественную работу и с тех пор никак не могут задвинуть обратно.

— Она в принципе не знает, что на свете бывают дети. Она уверена, что они появляются на свет взрослыми, согласно штатному расписанию, с должностью и окладом.

— Вы купили новые сапоги, Вера?

— Да вот ещё не решила, Людмила Прокофьевна. Вам нравится?

— Очень вызывающие. Я бы такие не взяла. А на вашем месте интересовалась бы сапогами не во время работы, а после неё.

— Значит, хорошие сапоги, надо брать.

— Она немолодая, некрасивая, одинокая женщина.

— Она не женщина, она директор.

— Возьмём, к примеру, опята. Они растут на пнях. Если придёшь в лес и тебе повезёт с пнём, то можно набрать целую гору. пней. ой, опят. – В

— Я когда её вижу, у меня прямо ноги подкашиваются.

— А ты не стой, ты сядь!

— Грибы вас мало интересуют, я так понимаю.

— Ягоды не интересуют?

— Только в виде варенья.

— А стихи. в виде поэзии. как вы к ним относитесь?

— Я надеюсь, вы не собираетесь музицировать?

— Ага, петь хочется!

— Почему? Друзья утверждают, что у меня красивый. баритональный. дискАнт.

— Подождите, меня осенила догадка: вы пьяный?

— Нет, что вы! Когда я пьян, я буйный. Гы-гы-гы. Вот, а сейчас я тихий.

— Меня вчера муха укусила.

— Да. Я это заметила.

— Или я с цепи сорвался.

— Это уже ближе к истине.

— Значит, я с цепи.

— Почему вы всё время виляете? Что вы за человек? Я не могу вас раскусить!

— Не надо меня кусать! Зачем раскусывать?

— Вы утверждали, что я чёрствая!

— Мы вас любим. в глубине души. где-то очень глубоко.

— Очень глубоко! Так глубоко, что я этого даже не замечаю!

— Нет, это заметно, должно быть заметно.

— Что же, выходит, что все меня считают таким уж чудовищем?

— Не надо преувеличивать. Не все. не таким уж чудовищем.

— А мне ведь только тридцать шесть.

— Как тридцать шесть?

— Да-да. Я моложе вас, Анатолий Ефремович. А на сколько я выгляжу?

— На тридцать. пять.

— Верочка, будет вам пятьдесят лет — вам тоже соберём!

— Я не доживу, я на вредной работе.

— В женщине должна быть загадка! Головка чуть-чуть приподнята, глаза немножко опущены, здесь всё свободно, плечи откинуты назад. Походка свободная от бедра. Раскованная свободная пластика пантеры перед прыжком. Мужчины такую женщину не пропускаю т!

— Ну, понимаете, можно, конечно, и зайца научить курить. В принципе ничего нет невозможного.

— Для человека. С интеллектом.

— По 50 копеек, Новосельцев. Сдавайте деньги. На венок и на оркестр.

— Ну да, если сегодня ещё кто-нибудь умрёт или родится, я останусь без обеда.

— Когда женщине говорят, что она умница, это означает, что она — круглая дура?

— Вы так на меня смотрите. Вы подозреваете, что это я вам приволок этот веник?

— Почему вы так говорите? Это не веник! Это прекрасный букет!

Не носил я вам букетов! Почему я. Что я, обалдел, что ли?! Белены объелся?!

— Никому из сотрудников вы бы не позволили себе швырнуть в физиономию букетом. Неужели вы ко мне неравнодушны?

— Ещё одно слово, и я запущу в вас графином!

— Если вы сделаете графином, значит, Вы действительно меня. того-этого.

— Где у вас тут дверь.

— Где надо, там и дверь!

— Мало того, что вы враль, трус и нахал, — вы ещё и драчун!

— Да, я крепкий орешек!

— Красное. Или белое?

— Или белое. Но можно красное.

— У меня дети. У меня их двое: мальчик и. м-м. де. тоже мальчик. Два мальчика. Вот.

— Не перебивайте, пожалуйста! Я и сам собьюсь.

— А как вам моя причёска?

— Умереть — не встать!

— Я тоже так думаю.

— Какая занятная репродукция «Джоконды»!

— Ты знаешь, я понял, из-за чего мы с тобой разошлись: нам нужен ребёнок!

— Ты хочешь, чтоб у нас был ребёнок?

— Да! И как можно скорее!

— Но я не могу сейчас. До конца работы ещё два часа и Калугина тут. Я не могу уйти!

— Только, пожалуйста, побыстрее: у меня куча дел.

— Ничего, подождёт ваша куча. Ничего с ней не сделается.

— Плохо учились в школе? Я так и знала, что вы — бывший двоечник!

— Оставим в покое моё тёмное прошлое.

Понравилась статья? Подпишитесь на канал, чтобы быть в курсе самых интересных материалов

«Освенцим освободили американцы». Кто и почему перевирает историю?

Обозреватель «АиФ» приехал в музей на месте бывшего концлагеря СС Аушвиц-Биркенау (где в 1941–1945 гг. были убиты 1,5 млн человек) и поговорил с посетителями из разных стран: в курсе ли они, кто закрыл «фабрику смерти»?

Читать еще:  Сапоги hunter отзывы

У ворот с издевательской надписью Arbeit macht frei («Труд делает свободным») толпа ждёт экскурсию. Общаются, кажется, на норвежском — и верно, как минимум 3 человека одеты в свитера с нашивкой в виде флага Норвегии. «Вы тут в первый раз?» — спрашиваю я. — «Да, недавно приехали».

Музей на месте бывшего концлагеря СС Аушвиц-Биркенаy

75-летие освобождения самого чудовищного концлагеря Европы отметилось серией скандалов — это и заявление посольства США в Дании: мол, Освенцим «взяли» американцы; и информация Би-би-си: якобы фото узников лагеря в обнимку с красноармейцами — подделка. Почему о заслуге воинов СССР, уничтоживших конвейер смерти, в мире знают всё меньше? Это и выяснял в Освенциме обозреватель «АиФ».

Пепел, пирожки и кровь

Вход в музей бесплатный, но надо заранее зарегистрироваться на сайте и получить электронный билет. В среднем экс-концлагерь посещают 2 млн человек в год. Первое, что поражает там, — абсолютно не слышно пения птиц. Идёшь от железнодорожной станции — соловьи заливаются, а ближе к музею «Аушвиц-Биркенау» (немецкое название Освенцима) — мёртвая тишина. Вороны и те не летают. «Отчего так много водоёмов?» — удивляется рядом девушка из Лондона. «Некуда было девать отходы крематория, — говорю я. — За 3,5 года немцы убили 1,5 млн узников. Пепел сбрасывали в воду, им удобряли поля — вокруг Освенцима летом буйная зелень. Тут копнуть землю — на 5 метров вниз пепел и обломки костей». Девушка в испуге отбрасывает сорванную веточку вербы.

Народ заходит с пакетами, ест купленные по дороге пирожки. Первые шаги новичков стандартны. Посетители улыбаются, фотографируются на фоне бараков. Им здесь — ну как у Эйфелевой башни «щёлкнуться». «Сюда приходят, конечно, разные люди, — признаёт сотрудник музея. — Мы откровенно не рекомендуем брать детей до 14 лет. Очень гнетущая обстановка. Я сколько лет уже работаю — до сих пор не привык. Воздух пахнет кровью».

Я иду, едва вытаскивая ботинки из грязи: льёт дождь. Километры колючей проволоки, бесконечные ряды вышек для охраны СС. Это даже не концлагерь — настоящая страна смерти. Вот бараки, куда осенью 1941 г. доставили 10 тыс. советских военнопленных. Меньше чем за 5 месяцев погибли ВСЕ — от истощения и рабского труда. Смотришь на стены, словно в прострации, а в голове звучат стоны умирающих. Часть зданий последние 8 лет находится на реконструкции. «С одной стороны, ужасно придавать новенький вид баракам Освенцима, — объясняет строительный рабочий Томек. — А с другой — память нужна, иначе всё сгниёт. Вот обувь, чемоданы или одежду узников не реставрируют — с них запрещено даже счищать грязь».

От стенда с детскими ботиночками (27 января 1945 г. советские солдаты нашли в лагере 43 255 пар обуви замученных людей) отходит семейная пара, мужчина и женщина, оба в слезах: «Как можно было стрелять в детей?» Оба из Канады. «По-вашему, кто это прекратил?» Пауза. «Кажется, английские войска», — чешет в затылке женщина. «А вдруг канадцы?» — выдвигает фантастическую гипотезу её спутник. «У нас в школе преподавали, что военные Канады первыми вошли в несколько концлагерей Германии». Новость про освободителей из Советской армии, впрочем, их не поражает. «Да-да, точно, мы ошиблись». Супруг женщины пожимает мне руку: «Спасибо вашим солдатам, что остановили бойню».

Виселица, печь и автобус

Я прохожу мимо виселицы — на её перекладине в 1947 г. вздёрнули первого коменданта Освенцима — оберштурмбаннфюрера СС Рудольфа Хёсса. Рядом крематорий — закопчённый, почерневший. Дым из его трубы отлично видели в соседних деревнях, он валил и утром и вечером. Убийцы не справлялись — вскоре пришлось построить второй крематорий, а в другой части Освенцима (3 километра от первого лагеря, между двумя отделениями страны смерти курсирует жёлтый автобус-шаттл) — Биркенау — воздвигли сразу 4. Офицеры СС прямо на рельсах дотошно осматривали новоприбывших узников, смогут ли те вкалывать во славу рейха: старики, измождённые, больные, дети часто шли в газовую камеру в день приезда в концлагерь. Им врали — поведут в баню. Сбоку от вышек охраны — лес, туда сгоняли группы людей. И некоторые по 6, а то и 12 часов ждали своей очереди среди деревьев, пока их наконец-то убьют: так были загружены газовые камеры.

В Биркенау настроения у туристов другие. Никто не делает селфи и не улыбается, многие пришиблены. В глазах плещется ужас. Ходить тут можно часами — в обеих частях Освенцима сохранилось 155 зданий и 300 руин — бараков, складов и тех же крематориев. Стоишь и смотришь через колючую проволоку вперёд, а вокруг до самого горизонта — печи, печи, печи. Даже глаза закрывать не надо — чудится лай овчарок, хохот эсэсовцев и отрывистые команды: «Гефтлинг, мютце ап!» («Узник, шапку долой!»)

Молитва, ужас и памятник

«Какой кошмар!» — туристы, переговаривающиеся на английском, осматривают барак для женщин: узницы зимой сотнями умирали в ледяной каменной коробке от воспаления лёгких. Спрашиваю, откуда приехали. Ирландия. «Вам известно, кто положил конец этому ужасу?» Тут даже паузы нет. «Американцы», — хором отвечают три парня. «Поляки», — с некоторым сомнением говорит рыжеволосая девушка. «Британцы», — вспоминает ещё один. — «Нет, Советская армия». — «Коммунисты?» — «Да какая разница? Главное — они остановили работу печей». Мне кивают. «А почему тогда русским солдатам в Аушвице нет памятника?» — удивляется ирландец средних лет. И в самом деле, почему? В боях за освобождение Освенцима, по разным источникам, погибли от 230 до 315 красноармейцев. Но на самой территории Аушвиц-Биркенау мемориал благодарности им не построили. «Ваши были слишком скромны, вот и не поставили раньше, при Советском Союзе, — говорит мне польский журналист. — А сейчас такой монумент тем более воздвигнуть не дадут».

У вагона без окон на путях в Биркенау (в таком транспорте сюда везли узников) стоят израильтяне. Завернувшись в национальные флаги, они поют еврейскую поминальную молитву — кадиш. Я дожидаюсь её окончания. «Ребята, кто освободил Освенцим?» — «Русские», — слышится голос смуглого подростка. «Красная армия», — улыбается следующий. «Солдаты Советского Союза», — произносит их учитель. Группа польских туристов уверенно сообщает: «Конечно, русские. Любим мы вас или нет, но это отрицать глупо!» Ну хоть тут слава богу. А вот обычные жители Запада понятия не имеют о настоящих избавителях узников Освенцима. Откуда им знать? В лагере об этом мало где сказано, памятника нет.

Спасители миллионов остались в тени ввиду своей скромности, поэтому в наше время мы и читаем бред об освобождении Освенцима американцами. Напрасно. Следовало бы вести себя иначе.

Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector